Два кармана стрижей с маяка\...- Четыре месяца я не снимал штаны. Просто повода не было.
ЗАЧЕМ НАМ НУЖНЫ КОТЫ
С ними можно разговаривать.
Они греют нам руки.
Понижают кровяное давление.
Сближают нас с другими "кошатниками".
Превращают обычные предметы (шариковые ручки, пробки и прочее) в игрушки.
Превращают в уютный уголок старую кушетку.
Выполняют функцию будильника.
Украшают подоконник.
Заставляют нас постоянно улыбаться.
Вдохновляют поэтов и сценаристов.
Учат нас приземляться на ноги.
Согревают наш дом.
Напоминают нам, что жизнь - это тайна.
Учат нас зализывать раны.
СРАВНИТЕЛЬНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА КОШКИ И ЧЕЛОВЕКА
читать дальшеСкелет. У человека - 204 кости. У кошки - 244 кости.
Позвоночник. Гибкость человеческого позвоночника крайне ограничена. Большинство людей с трудом могут достать пальцы ног руками, а некоторые (подумать только) даже приседают, чтобы завязать шнурки на ботинках. Кошки же могут дотянуться носом до своих задних лап, при этом лежа на спине. С завязыванием шнурков у них не было бы никаких проблем, но кошки все же предпочитают ходить босиком.
Слух. Человеческое ухо оснащено 6 мышцами. Оно не в состоянии улавливать высокочастотные звуки, такие, как, например, звук открывающейся дверцы холодильника. Кошачье ухо имеет 30 мышц. Это позволяет кошке экономно расходовать внутреннюю энергию, поворачивая к источнику шума только ухо, а не всю голову. Кошачье ухо способно улавливать высокочастотные звуки (например, звук открывающейся дверцы холодильника).
Зрение. Человек практически не видит в темноте. Он нередко натыкается на всевозможные предметы. К тому же человек часто моргает. Кошки хорошо видят в темноте, особенно, когда выискивают полуночный ланч. Могут часами смотреть в одну точку, не мигая.
Обоняние. Человеческий организм оснащен приблизительно 15-20 миллионами обонятельных клеток, при этом практически не используя их для жизненно важных процессов. Организм кошки имеет 67 миллионов таких клеток, что дает возможность животному учуять запах открытых рыбных консервов, даже находясь в другой комнате.
Шерстный покров. Покров, который носит человек, большую часть времени висит в шкафу и обычно силой отнимается у других животных, таких, как соболь, лиса, норка. Свои же волосы у человека растут в основном только на голове, да и то не всегда. Все тело кошки покрыто шерстью, причем, заметьте, собственной. Когда кошки встречаются с опасностью, шерсть у них встает дыбом, что позволяет животным казаться больше и солиднее.
Координация. У человека развита слабо. Он с трудом может залезть на верхушку дерева и вообще не может взобраться на сервант. У кошки же координация развита в совершенстве. Животное с легкостью может забраться куда угодно.
Голос. Человек обычно прибегает к помощи многосложных слов и длинных предложений, чтобы выразить свою мысль. После длительного напряжения голосовых связок он может даже потерять голос. Кошки обходятся гораздо меньшим количеством звуков, но им этого вполне хватает. Кошки отличные певцы. Как бы долго они не кричали, кошки никогда не охрипнут.
Окрас. Люди бывают только белыми, желтыми, черными и красными - никакой пестроты. Кошки же бывают самых разных цветов и их сочетаний. К тому же они могут быть в полоску, с пятнышками, с "носочками" и "манишками" и т.д. Кошки очень хорошо умеют маскироваться, например, под обои или ковер.
Жизнь. У человека жизнь только одна. У кошки их целых девять.
Два кармана стрижей с маяка\...- Четыре месяца я не снимал штаны. Просто повода не было.
За окном постоянные молнии при отсутствии бурной грозы.
Блин, вот не гожусь я в белые птицы.
И так не гожусь.
И это не рефлексия, господамы, а весьма четкое ощущение, рожденное 10 годами абстрактного существования при невозможности приблизиться к цели больше чем на метр.
Благодарю вас.
Искренне вас благодарю. Я серьезно.
Вряд ли цель достижима, в моем-то варианте. Но, надеюсь, вы достигнете вашей, может быть, хоть этим я пригодилась, раз уж все остальное не нужно.
Два кармана стрижей с маяка\...- Четыре месяца я не снимал штаны. Просто повода не было.
Когда раздавали толерантность, первым пришел Скорпион. Спросил, что такое толерантность и можно ли ею пытать. Услышав ответ, помрачнел, записал что- то в черный блокнот и ушел, помахивая хлыстиком.
Козерогу было как-то несолидно толкаться в общей очереди, и он прислал курьера - Стрельца.
Стрелец взял полный рюкзак толерантности, но на обратном пути увлекся, уехал в другую страну, там про###л рюкзак, написал Козерогу, что такие задания дают только козлы рогатые, и поехал дальше налегке.
Про###ную Стрельцом толерантность подобрал запасливый Рак. И где-то спрятал. Иногда он ее находит, всю сразу, потом боится, что украдут, перепрятывает и опять забывает где. И когда Рак начинает говорить, что все вокруг - не друзья сердечные, а волки позорные, - это значит, он просто
опять нычку потерял.
читать дальшеВесы пришли вовремя, вежливо попросили парочку толерантностей поизящнее и с тех пор ею почти не пользуются, так как не могут решить, какая из двух лучше.
Водолей пришел одним из первых, но его выкинули из очереди, когда он стал говорить, что Тот, Кто создал толерантность, на самом деле склеил фигню по чертежам из "Юного техника", и Водолей, когда будет время, сделает гораздо лучше.
Дева очень долго считала, сколько толерантности высшего сорта ГОСТ 5508-84 ей надо, и пропустила свою очередь. Поэтому ей достался только крошечный образец толерантности высшего сорта и, чтобы она так не расстраивалась, безмен, которым толерантность взвешивали. С тех пор Дева
ходит и взвешивает чужую толерантность, а свою, крошечную высшего сорта, почти никому не показывает.
Овен хотел прийти первым, но по дороге встретил Рыб, которые толерантностью уже затарились. Рыбам удалось убежать, но их толерантность пострадала. Там, куда дотянулся Овен, она стала кривоватая и надтреснутая, а дотянулся он почти всюду. Овен же пошел домой, потому что он не лох галимый,
чтобы быть не первым, а уж тем более после Рыб. Хотя само слово "толерантность" ему так понравилось, что он даже вырезал его на любимой бейсбольной бите.
Лев не пришел вообще, потому что не знал, что такое толерантность, а раз так, понятно, что это фигня беспонтовая, никому не нужная.
Телец пришел и убедительно объяснил, что толерантность у него уже есть своя , the best, лучше не бывает, а кто не согласен - на ### строевым шагом. А пришел он, собственно, для того, чтобы объяснить, что толерантность у него уже есть своя, the best, лучше не бывает, а кто не согласен
- на ### строевым шагом!
А поздно ночью, когда все давно разошлись и осталась только маленькая свалка из остатков, обрезков и неликвидов, пришел чуть-чуть задержавшийся Близнец. Осмотрелся и забрал все остатки. И поэтому толерантности у Близнеца - до хрена, только иногда кажется, что он ее будто на помойке нашел.
Если еще че-нить напишу, буду периодически обновлять. Не корысти ради, а токмо ради желания наконец свою плохую нелитературу и глупости собрать в одну кучку. Иногда хочется.
Джеймс был в ярости. У него кончились белые носки.
Он рылся в чемоданах, раскидывая аккуратно уложенные матерью вещи, и игнорировал Сириуса, который торчал у него за спиной. И молчал. Ехидна.
Джеймс выдрал из недр чемодана клок подкладки вместе с серыми носками в полоску и применил к полоскам заклятье исчезновения. Исчезли носки. Чемодан тоже.
Сириус хрюкнул.
Джеймс истерически зарычал и пнул ногой пустоту, откуда посыпались штаны, ботинки и три дюжины носовых платков. Он схватил один, в клеточку, трансфигурировал его в носки, обулся и вылетел из спальни под звон будильника. Лили назначила ему встречу в семь сорок у озера.
Сириус лениво зевнул.
- Рееем!
- Чтооо? - отозвался валявшийся на кровати Ремус.
- А кальмара он в носки трансфигурировать может или как?
- Не знаю, Бродяга... Ох, не знаю... Может, в следующий раз я у него все галстуки заныкаю.
И немедленно выпил тыквенного сока, перебродившего в кувшине у него на тумбочке.
Джеймс летел на всех парах, стараясь не помять отглаженных брюк и сожалея о любимой метле. Как бы он хотел предстать перед Лили, не касаясь вселенской грязи! Но нет, метлы в сарае, а великолепная Лили говорит, что намекать на снитч в присутствии дамы - это завуалированная пошлость и признак вируса доктора Фрейда.
В детстве тетя ворчала над ним, поправляя подтяжки : "уж какой ребенок, посмотреть не на что, пусть хотя бы будет одет нормально!" С тех пор он был до ужаса точен и аккуратен, хотя на такие особые приметы, как щетка волос и отсутствие жирового слоя, в магическом мире взгляд совсем не тот же, что на великанский рост и вампирское теловычитание. Мало ли что вы себе воображаете, глядя в зеркало. Может, вы и мазохист.
А еще у него были деревянные игрушки.
Ремус поудобнее пододвинул к себе подушку и старательно зевнул.
- Сириус, выйди.
- Ну чтооо тебе.
- Сииириус, выыыыыйди!
- Ну чё?
- Головаааа болит... Спаать хочу... Ухххрррм. Пойди-ка ты куда-нибудь погуляй, а я поваляюсь тут.
- Опять, опять спать в одно лицо? Не Люпин ты, а люмпен! А кто мне обещал сновидческие чары?
- Может, я вообще Арсен Люпен. Или дядюшка Римус. А ты не думаешь, что нас снова неправильно поймут? Выыыыыыыйди отсюююдааааа... Ай!
На кровать Рема посыпался дождь подушек.
- Будешь знать, как издеваться над приличными людьми! - мстительно произнес Блэк, выходя из спальни. Но гулять все-таки пошел. Ибо нефиг.
Блэк прибыл на поляну раньше Джеймса и за пять минут на одном месте успел смертельно заскучать. Он решил, что уже ничего не будет, вздохнул и побрел по дороге в родимый Хогвартс, пиная по дороге всякую дрянь и флегматично про себя напевая:
Тяжелым басом гудит фугас,
Ударил фонтан огня...
А Блэк заржал и пустился в пляс -
Какое мне дело
До всех до вас?
А вам
до меня!
Навстречу шел Северус Снейп.
Северус Снейп от рождения не мылся, не стригся и не менял штанов. Под мантией, по крайней мере. Северус Снейп был первым в магической Британии почти чистокровным панком. Чистокровные на такое просто не решались.
Он этим гордился. В слизеринской спальне и в кабинете зельеделия он врубал на полную мощность "Секс пистолз" и "Тайп О Негатив", а потом варил обалдевшему Слагхорну зелье от головной боли. Он это делал не из подхалимства какого. Снейпу было плевать на весь белый свет. Он просто искал подопытного кролика, а средство продавал на стороне, чтобы накопить себе на зеленую краску для ирокеза.
Снейп шел и тоже пел про себя мрачную песню:
Трещит земля, как пустой орех,
Как щепка, трещит броня...
А Снейпа вновь разбирает смех -
Какое мне дело
До вас до всех?
А вам
до меня!
Сириус офигел немножко. Снейп заметил его, усмехнулся и продолжил:
Но пуля-дура вошла меж глаз
Ему на закате дня...
Успел сказать он
И в этот раз -
Какое мне дело
до всех до вас,
А вам
до меня?
- Э! Слушай! - вымолвил Сириус. - Чего это ты такую песню поешь? Оно же не модное.
- А нравится мне она!- осклабился Снейп.
- А чё, панки тоже это кино смотрят?
- Я единственный панк в Хогвартсе! Так что смотрят. В моем лице. А вообще я на эту тему пофигист. Хочешь, тоже пой.
И они с чувством закончили, памятуя о войне во Вьетнаме:
Простите солдатам последний грех,
И в памяти не храня,
Печальных не ставьте над нами вех -
Какое мне дело
До вас до всех?
А вам -
до меня!
Им очень понравилось петь дуэтом, но больше они петь не стали: вдруг кто-нибудь подслушает.
- Слышь, Снейп! - Сириус решил выяснить еще один вопрос, пока они опять не подрались. - А как у вас, панков, в панки принимают?
- Да как хошь - пожал плечами Снейп. - Самый распространенный способ мне не понравился - там надо целый год ходить в пропитанной мочой одежде, чтоб показать, какой ты крутой, а это очень вредно для хрупких химических веществ.
У Снейпа был тоже пунктик. Снейп был уверен, что состоит из хрупких химических веществ, и спать ложился очень осторожно, чтобы ничего не стукнуло и не брякнуло. Поэтому он и пошел в панки: некоторые химические вещества бурно реагируют на соприкосновение с водой. Кроме того, панки очень здорово смешивали вещества внутри себя, но на большее, чем аконит, северус пока не осмеливался.
- Ну так вот - продолжил он, глядя на обалдевшего Блэка - а второй способ - он, значит, такой: питаться с помоек, одеваться в майки из пластиковых пакетов, всех посылать по матери и не нравиться никому. Но я выбрал третий: полтора года не мыться и три не бриться, всех подруг называть "жабы", а потом, глядишь, и борода отрастет.
- Слышь ты, круто... - уважительно пробормотал ошалевший Блэк. - Я Рему расскажу, пусть порадуется! У них, у растаманов, все не так происходит. У них все в душе. Так сказать, Джа и внутреннее превращение.
Блэковы родители были экзистенциалисты, и сам он был по рождению экзистенциалист. Что это такое, он не знал, поэтому на всякий случай украдкой носил фенечки, полосатые носки и старался быть благородным, как Че Гевара.
- Тссс... - поймал Снейпа за рукав Блэк. - Смотри! Там кто-то идет. Давай спрячемся, как бы чего не вышло.
На поляну, как пришпоренная лошадь, вылетел Джеймс и посмотрел на часы. Было ровно семь сорок.
Лили не шла. Джеймс подождал тридцать секунд, взвыл от тоски и ломанулся в кусты, надеясь обнаружить там смеющуюся Лили.
Из кустов раздалось обиженное шкворчание, и на поляну выполз Ремус, лелея поджаренный бутерброд и укушенную честь.
- Ой, что щас будееет... - прошептал Сириус и на всякий случай спрятался за Снейпа.
- Сволочь! - бурно распинался Джеймс. - Ты пришел раньше меня и наговорил гадостей Лили! Теперь она точно не придет! Она бежит по дороге к башне, а по дороге всем расскажет, что я изменяю этим всем с профессором МакГонагалл в облике рассерженной кошки!
- Или с кошкой Филча! - фыркнул Снейп.
Рем молча жрал свой четвертый бутерброд.
Сириус молча катался по траве, терся животом о скалу и плющился до тех пор, пока не закатился слишком близко к берегу.
Из воды вылез гигантский кальмар и протянул любопытное щупальце - перевернуть и посмотреть, что же там хрюкает.
На матерный вопль Снейпа Джеймс отреагировал с третьего раза, бросил Люпина наедине с бутербродом и пошел гонять кальмара.
Снейп моментально присоединился, вопя радостные кличи из арсенала Сквиба Вишеза.
Когда все окончательно промокли, кальмар упал в озеро и хрюкнулся ко дну, а у Рема кончились бутерброды, Джеймс с грустью понял, что на такое зрелище Лили точно прибежала бы.
Сириус вынул палочку и помог ему отгладить брюки заново.
- Да успокойся ты... - лениво бросил Снейп, валяясь на траве. - Подумаешь, Лили... Сегодня одна Лили, завтра другая... Это же не СОВ по зельеварению!
- Да какие СОВ по зельеварению, ты что, с ума сошел????? - опять завелся Джеймс. Я за такие слова сейчас не знаю, что с тобой сделаю! Лили - это нежный цветок, единственный на свете эдельвейс, и не троньте ее своими грубыми лапами! Лили - это...
- Цветок на пустоши... - помог ему Люпин.
- Луна на закатном небе... - не остался в долгу обитатель пустошей Блэк.
- Белые носки и чистые занавески... - пробурчал Снейп, которому все же иногда хотелось помыться.
- Хрупкие химические соединения... - передразнил его Поттер.
- Ага... Цветная капуста и манная каша в год гастрита...
- Так, все! Хватит друг друга подкалывать! - разъярился Джеймс. - Вы бы лучше посоветовали, что мне теперь со всем этим делать! Прошло уже тридцать минут! Не может же быть, чтобы она просто опоздала!
- Может быть, послать ей сову, чтобы клюнула в ухо?
- Снейп, я с тобой такое сотворю...
- Или кинуть тебя в озеро...
- Снейп!
- Или провести ритуал призыва...
- Снейп!!! А, впрочем, это идея.
- Это идея!
- ДА, это точно идея!
- А как ее призвать? - спросил Северус в пространство.
Все погрузились в глубокое раздумье.
Наконец Сириус вынул палец изо рта и произнес:
- Она у нас на курсе самая благородная. Так что надо кого-нибудь спасать. Хотя ты тут меня спасал от кальмара, а она все равно не пришла...
- Это было не по правде! - угрюмо протянул Рем. - Вы тут все так ржали...
- Все равно надо было спасать! От колик хотя бы!
- А я знаю один растамански-вудуистский ритуал, которым можно призвать кого угодно!
- Чё, по правде? Рем, ты гений!
- Да что ты, какой я гений... Только там надо принести кого-то в жертву.
- Убить, что ли?.. - ужаснулся Поттер.
- Нет. Только всячески оскорблять, мучить и доканывать. Еще можно подвесить вверх ногами.
- Рем, а кто должен проводить обряд?
- Я. А ты должен издеваться больше всех. Бродяга, давай тебя будем мучать, что ли?
- Меня стошнит. Я сегодня тоже переел бутербродов.
- Снеееейп!
- Ну чего тебе?
- Снейп, будь другом...
- А это круто?
- Да, очень круто! Кроме того, по-панковски. Мы тебя будем всячески презирать и осмеем твои подштанники. А ты нас покроешь матом в три слоя и лишний раз изваляешься в оппозиции обществу.
Северус гордо сплюнул.
- Я не ношу подштанников!
Сириус вздохнул, чуть-чуть поколебался и мужественно предложил отдать свои.
Северус Снейп не очень-то хотел подобной судьбы. Но он был панк и панком был намерен остаться до конца своей непутевой жизни.
Победного конца.
Или каким бы этот конец не был.
Через минуту он уже висел в воздухе.
- Вы что творите! - закричала подбежавшая рыжая девочка с косичками и бросилась к ним, оставив подруг. Она опоздала ровно на час, но ведь подходящее платье для свидания нашлось только на Хаффлпаффе!..
- Тебя ждем! - завопили все участники ритуала. Это была чистая правда.
Лили растолкала мародеров и ухватилась за упавшего Снейпа.
- Вот гады! Ты не ушибся, бедненький?
Снейп осклабился.
- Кааакая клевая жаба!..
Лили отнесло на два шага.
- Фу, какой невежливый! Ты что, вообще не моешься?
- Не моюсь! - гордо ответил Северус. - Я чисто римский панк из рода настоящих всадников! Моя кровь не нуждается в подтверждении ее чистоты! Вот выйдешь за меня замуж..
- Ааааааааааааа! - сказала Лили и спряталась за Поттера. Джеймс немедленно замахал всем руками - уходите, уходите! Мы тут будем заняты до самого ужина!
Блэк и Ремус уволокли Снейпа к озеру.
Ремус вручил ему бутерброд. Снейп жевал, наслаждаясь ветчиной, и не обращал внимания на восхищенные взгляды.
Блэк подошел к нему и хлопнул по плечу, так что Снейп чуть не подавился.
- Ну ты даешь, чувак! Отдавай трусы. Можешь считать себя почетным экзистенциалистом!
- А по нечетным - папалоа! - добавил Рем, погрозил пальцем кустам и пошел кормить кальмара паштетом из тюбика.
- Трусы не отдам - мрачно сказал Северус. - Это артефакт.
- Ладно, это не единственные наши артефактные трусы! - сплюнул Блэк и тоже пошел. Купаться.
В это время из кустов появился Питер Петтигрю - с глупой улыбкой.
И охотничьим ружьем.
- Это мояаааа девушка! - взревел он страшным голосом и прицелился в Поттера.
Джеймс в недоумении оторвался от Лили, спросил: "Пит, ты чего?" - а потом присмотрелся и в бешенстве заорал:
- Ридииикулус!
На землю шлепнулся боггарт и почесал затылок. Так быстро его еще пока никто не раскусил.
Разъяренная Лили бросилась на боггарта и начала лупить его по шее.
- Ну радость моя, ну успокойся! - с трудом оттаскивал ее Поттер. - Это же не на самом деле. Он просто поиграть хотел! Они же как дети! Выскакивают невесть откуда и орут всякую ерунду. Помнишь, я говорил, что у нас будет куча детей! Надо же тренироваться!
- Дееети.. - мечтательно прошептала Лили и снова растворилась в его объятиях. Они двинулись по дороге к замку строем, который замыкал боггарт, покорно тащивший на вытянутых руках сумочку Лили и шлейф Лилиного платья.
Спасенный боггарт пил чай на вылизанной до блеска кухне Аргуса Филча, жрал печенье и застенчиво благодарил за науку. Это был еще очень молоденький боггарт. Он старался научиться даже у первокурсников. Сначала он мялся и давился печеньем, но Поттер был с ним очень любезен, и боггарт оттаял.
- А скажите мне, - осмелев, спросил он наконец, - вы что, совсем-совсем ничего не боитесь?
Джеймс покачал головой и улыбнулся.
- Ничего. Это в нашем роду, если можно так выразиться, семейное.
- И страшных кизляких морщерогов?
- И их тоже.
- И самых старших в нашей почтенной семье? Позволю себе предположить, что они вам уже встречались...
- Нет, нет, увы, нисколько не боюсь. Если я не ошибаюсь, именно ваш дядюшка осчастливил меня своим превращением в гигантского питона, после чего имел честь отбыть на роликах в неизвестном направлении по наклонному коридору третьего этажа нашей башни.
- Но чем вас еще можно напугать, дрянной вы мальчишка? Чем? - заламывал руки боггарт. - О, Моргана, о, о, о...
- Вы не представляете. Самый ужасный мой страх вам вряд ли придется изобразить, так что я буду с вами предельно откровенен.
- Но я постараюсь...
- Все равно не получится.
- Страшная мумия? Древний курган в полночь? Огромный окровавленный глаз???
- Нет, нет. - Джеймс Поттер был смертельно серьезен. В таких делах не шутят.
Он наклонился к уху боггарта и доверительно произнес:
- Самый большой ужас - это когда воротничок не белый, а серый.
Боггарт сел на пол и заплакал.
Под шкафом, скрученные в комок, уже третий год лежали потерянные когда-то носки Джеймса Поттера.
Они понимали, что их время еще не пришло. Но если у кого-то очччень долгая память, то именно у носков.
- Забираю... Но почему вы не обратились ко мне сразу?..
- Вы не ближайший родственник.
Сирена улыбалась. Сирена терпеть не могла глупых вопросов. Она бы, наверное, и дементору в лицо смотрела, ничего не боясь.
А перед нами лежала кукла.
У куклы были белые волосы, аккуратно стянутые узлом, заострившийся нос, длинное худое тело скрывала серая и заношенная мантия, которая казалась не чем иным, как шикарной драпировкой на восковой фигуре.
- Распишитесь.
Ящик с куклой - нет, не гроб, не гроб, просто так удобнее - поплыл по воздуху в сторону катафалка. Катафалк вызывать проще. Не автобус же нанимать, еще хуже выглядит.
Я тебя забираю, подумал я, обращаясь к кукле. Я тебя забираю.
Было очень странное ощущение, как будто Люциус и вправду был куклой - этакое кощунственное желание получить долгожданный подарок на Новый год.
Прижимать к груди кучу разномастных Малфоев в разноцветных обертках, смеяться и плакать - да, да, наверное, и поплакать можно. Мечта извращенца. Верх радости. Труп врага по сравнению с этим ничего не стоит. По два Малфоя на каждый день. По три. Как можно больше и лучше.
Полумаггловский квартал образовался еще после первой войны, как-то спонтанно - у Святого Мунго никто не селился, селились поодаль. Кто же выдержит такую эманацию. А теперь тут полно полукровок, и дочерей хороших семейств называют Люси, Бетти и Полли.
Рассадник врачей, так их, этих... В белых халатах... Это уже не судьба семьи, а судьба окраины. Пряничной окраины, здесь хорошо.
Катафалк осторожно обогнул детей, игравших на широком дворе, плавно поднялся в воздух и причалил к окну четвертого этажа. Липы зашумели. Как раз цветение, аллергии у него вроде не было? Нет? О Мерлин и все неупокоенные святые...
- Давайте выгружайте, а то у меня запала не хватит - ворчливо сказал колдомедик-водитель и дернул за какую-то ручку на панели своего чуда магической техники. Черти б взяли этих Уизли. Машины стали заколдовывать в промышленных масштабах. Особенно "Скорые".
Длинный ящик с телом проплыл в гостиную и остановился у окна.
-Правее... Левее... Так.. Нет, достаточно.. Ты куда?! Нет, нет, вот так удобнее...
Я подавил неуместное хихиканье. Труп врага, видите ли, надо поэстетичнее расположить в гостиной.
Чтобы гости приходили и любовались. Я этого хочу или не хочу? Или, не дай бог, в самом деле хочу?..
Грузчик с катафалком убрались, взревев мотором, и на душе стало как-то тихо и спокойно.
Стыдно, братцы, стыдно. Ящик со стеклом, кукла в полный рост. Раз в неделю - кристалл-транквилизатор на лоб. Питание не требуется. Гигиена - тем более. Заклятия автоматические, спасибо Дж. и Ф. Уизли. Черти б взяли всех Уизли.
Поцелуй дементора - штука страшная, он не всегда высасывает жизненные силы до конца. Когда открыли камеры приговоренных, то обнаружили трех дементоров и десяток смертников. Люди выли, вопили, стонали, грызли друг друга. А этот лежал на полу своей одиночки, раскинув руки, и ничто, знаете ли, не нарушало спокойствия его лица. Только волосы, отросшие за время заточения, были в полном беспорядке. Как будто кто-то наматывал их на руку. Говорят, он заплетал их в косу, так это враки. Кто угодно так поступать будет, но не Малфой. Не Малфой.
Кома.
Его не отдавали мне, потому что я Сириус Блэк, а теперь отдали, потому что я родственник Нарси Блэк. Остальные до сих пор в Св.Мунго, им еще повезло. Хотя нет. Могут ВДРУГ пообщаться с кем-то вроде Локхарта.
Ко мне зашла одна из моих подруг - отметить крещение. Это теперь модно. Мы еще на улице обсуждали разницу между христианством и исламом, а вот про новое украшение моего дома я как-то забыл рассказать.
- Бррр. Это кто у тебя?
- Люциус Малфой.
- А что он тут делает?.. - с трудом я сообразил, что придушенный вопль относился не к наличию у меня дурной привычки коллекционировать трупы врагов, а скорее к ящику с боггартом. Как выскочит, как выпрыгнет! Это же Малфой.
Я с трудом ее успокоил. А потом она спросила, зачем он мне.
- Понимаешь, он все же мой родственник, и я забрал его из Мунго, поэтому...
Договорить мне не дали.
- Родственник! - она сверкнула глазами. - А ты не мог подумать об этом лет на двадцать раньше?
О Малфое??? Ничего себе...
- Когда меня сажали в Азкабан? - внятно спросил я.
- Нет! - она смутилась совсем чуть-чуть. - Но хотя бы присмотреть за ним можно было?
Я понял, что лечу с катушек. Очень захотелось рычать.
- Алиса! Он же не всегда лежал в стеклянном ящике! Ты хоть помнишь, что он бывший глава наших осиротевших Пожирателей?
Святая простота пошла на приступ.
- Ты был обязан хотя бы попытаться вытащить его из этого болота! Сатанисты должны быть спасены, а у нас их никогда не спасают...
И дальше был полный вперед. Это у нас не спасают? Это авроры? Это в Гриффиндоре...
Рыка я уже не сдержал, о чем потом долго жалел, так как отважная защитница Малфоев вылетела из моей квартиры и понеслась по ступенькам, забыв о метле. То ли я такое чудовище, то ли Малфой. Вы попробуйте от чего-то спасать 16-летнего короля Хогвартской золотой молодежи, увешанного всеми атрибутами великолепной жизни и желающего во что бы то ни стало уйти в Пожиратели.
Или потом спасать великого и могущественного Малфоя, главу семьи и рода, над которым только Темный Лорд и министр магии.
Над ней бы долго глумились друзья спасаемого...
Хотя, может быть, она в чем-то права? Например, в том, что у нас банда чистокровных одиночек и каждый сам за себя...
Мне как-то сразу после освобождения, то есть - побега из Хогвартса, пришлось иметь дело с неким великолепным оборванцем. Он воспользовался тем, что незнакомец сделал остановку на ливерпульской окраине. Одно небольшое "сомно" - и мы с Клювокрылом оказались в невыгодной ситуации.
Оборванец в окружении своей банды предложил мне, как известному, так сказать, по ориентировке бандиту, работать с ними на их условиях. Все это время держа под заклятием моего гиппогрифа. Кровь за кровь, режь вену и клянись нам в верности, а то привет зверюшке. Он знал, как связаны гиппогриф и тот, кого этот зверь согласен носить постоянно.
Слова "Империо" он произносить, видимо, не умел. Но обходился и так.
...Я смотрел на них и понимал, что если я возьму этот нож и сделаю, что мне говорят, то мне потом придется делать так всю жизнь. Азкабан пережить и то проще.
И я резанул себя по горлу.
Они выдержали ровно три секунды. Потом, конечно, палочки заработали, я неделю не мог говорить, зато, кажется, в их глазах приобрел некое уважение. Не стал им объяснять, что так не живут. Хотя бы потому, что больше не встречался.
Почему "конечно"? Потому что так тоже бывает.
Видимо, этим я и отличаюсь от Снейпа? Да нет. Снейп, насколько я понимаю, тоже не лыком шит. Разница в том, что он-то как раз так не умеет. Зато может дать себя избить, к примеру. Если очень чего-то не хочется... Тоже способ непринуждения.
В сущности, я не знаю, кто из нас скрытый пацифист - Снейп или я.
А вот Малфой бы подчинился?..
Или нет?..
Появилась привычка сидеть рядом с ящиком. Иногда я даже пил вместе с Малфоем, он лежит, а я пью сливочное пиво, а потом иду спать. Я все думал, что с ним делать, раз он там лежит... А потом я опустил руку в ящик поглубже и понял, какая там холодина. Подкладка была зверски холодной, сердце билось через раз, а я стоял полной сволочью. Это было ясно как божий день.
В медицинские процедуры, конечно, входит временное охлаждение тела... А тут вообще-то система сама по себе...
С тех пор, как я свалился в Арку и вышел с другой стороны, я думал, что побывал в аду. Ад назывался заброшенной маггловской базой "Антарктида", и выбирался я из нее полгода. Потом мне объяснили, что древние маги определили местонахождение мифического загробного царства как точку в кратере потухшего вулкана Террор. По описаниям, до базы - настоящее царство смерти с ледяными тварями, драконами и медведями. Чего же еще. Конечно же, оттуда никто не возвращался - тогда понятно почему, а потом - видимо, со стыда: провалился к чертям, а там сплошные магглы! Только и вернувшихся, что один Каспар Хаузерс.
Идиотски получилось. Гарри до сих пор в шоке.
Меня не убили, с чем я себя и поздравляю, но почему я должен добивать, да еще и бездействием?
Я не знаю, что делать с врагами, если не убивать их сразу. Это не по моей части. Прощать, не прощать, относиться великодушно, относиться плохо, может быть, дать пинка под зад и отпустить на все четыре стороны! Просто это называется - человек. И он должен жить, если не позволил себе сдохнуть. По крайней мере, тогда он жить хотел. А ящик отдать Гарри, пусть хранит в нем свое чертово пиво. Имени Малфоя.
Я осторожно открыл боковину ящика. И взял его на руки.
Веса в нем почти не было - при метре девяноста роста от бывших когда-то ста килограммов мускулов и высокомерия осталось килограмм сорок.
Хотя нет. Не такой уж он и высокий. Может быть, я и.. выше? Может быть, мне только казалось, что он большой?..
Я прижал его к груди, как куклу. Ах ты, как трогательно... Может, это родительский инстинкт? Или я извращенец, который мечтает о мужских объятиях? И дава-а-ай, значит... Чего только о нас магглы не придумывают.
Плевать. Извращенец, значит - извращенец. Я просто ходил и носил его по квартире, как девчонка - куклу. Или как носил бы больную собаку. Я сильный, я могу и дикого гиппогрифа объездить. Кроме того, меня никто не видит. А если видит, то все равно плевать.
Наверное, так выходила ненависть, которой больше не за что было зацепиться.
Я весьма странная собака.
Я расчесывал эту длиннющую гриву - наверное, мое увлечение куклами перешло в финальную стадию. Да-а, до колен у него волосы еще не отросли. Вот у Инфери после смерти растут ногти и волосы, а у Малфоев при жизни. Когти он себе обычно вообще полировал, а в больнице их кто-то аккуратно стриг.
Я представил себе этот процесс и содрогнулся. Никогда никому не стриг, извините, когтей. Только Клювокрылу. А служительница приходит регулярно, пусть не зря приходит... Хотя нет, я же его могу вымыть. Чем и займусь...
Неприятная в больницах работа. Но не оставлять же его в статичном состоянии, раз вынул из ящика?
Служительница увидела аккуратно заплетенную косу и подняла крик. Из воплей я понял, что выгляжу извращенцем, после чего спросил - а если вы плохо работаете, то почему я не могу вам помочь? Как родственник.
Я же действительно думал, что он седой. А с волосами было все как обычно. Просто они были серыми, пока я их как следует не отмыл. С мылом, а не с заклятием. То ли въевшаяся пыль, то ли пепел.
Как же, Малфои ведь не седеют. Еще чего - поседеть на глазах у врага! Признак слабости, господа.
Это я уже, как дурак - лохматый пегий пес, бегущий краем моря. А красить такое просто нелепо.
Ремус со мной переписывался, переписывался и наконец собрался в гости.
Компьютер у меня появился год назад, и я ему радовался, как большому бифштексу, поэтому первым делом позвал Рема посмотреть, что у меня есть, а дверь в гостиную запер - от греха подальше. Рем решился на обучение в маггловском институте, и с головой у него всегда было лучше, чем у меня. Программисты теперь на вес золота, а учиться могут не все.
Когда мы, как мальчишки, наигрались и окончательно разобрались в том, как что подключается у сканера, я сообразил, что скоро восемь вечера.
- Рем, мы идем в паб с Гарри?
- Идем.
- Тогда давай собирайся, а я сейчас кое-что сделаю и догоню.
- Малфой?
- Малфой.
Я вынул кристалл из коробки и открыл дверь в гостиную. Рем напрягся и пристально следил за мной. Это автоматическая реакция на Малфоя. Как у собаки Павлова. Или, может, он меня в чем-то подозревает?
Люциус лежал в ящике, как белая кукла. Я положил ему на лоб белый кристалл и закрыл крышку. Ящик вспыхнул синим, заклубился дым: начали работать заклинания. Очищающие, восстанавливающие, поддерживающие жизнь пациента. До сих пор не понял, почему он не ест. Наверное, при таком наборе просто не нужно есть. И жить тоже не надо.
Мы шли по улице, а Рем все бормотал:
- Нет, если ты... Если ты...
- Я понял. Понял, понял, сдаюсь. Только этого я все равно делать не буду. И не заставляй. Ни-за-что-ни-за-что! Ааааааааа!
Я спрятался за дерево и показал оттуда "рожки над головой". По контрасту с неподвижным Люциусом я всегда выглядел просто идиотом.
Рем понял, что ведет себя глупо, и, только когда мы попрощались с Гарри, позволил себе еще один глупейший вопрос.
- Это твой любовник?
Я зверски оскалился и самым собачьим голосом прорычал.
- Это моя коооооость.
- Ах, какая кость! - подхватил Ремус, и мы расхохотались.
Потом мне весь вечер было удивительно гнусно.
Все знакомые мне заклинания кончились, служительница смотрела как на идиота. Но помогала. Я первый раз в жизни чувствовал себя отличником. Пришлось изучить инструкцию и вызубрить все, что было описано там в качестве активирующих заклятий.
Поговорил через камин с Флитвиком. Не помогло.
В конце концов я отпустил служительницу, сдав ей экзамен чуть ли не сложнее СОВ. А еще зачем-то взяли пробу крови на совместимость и анализ на заразные болезни. Раньше надо было беспокоиться, блохи у меня. Блохи. А у Малфоя их нет. Интересно, в Азкабане после меня остались какие-нибудь блохи? Хи.
Моя сова не поленилась разнести кучу личных писем членам моей команды - я извинялся за отмену тренировок. Двое в ответ заявили, что готовы прийти и помочь. Хорошая все-таки у нас команда, но это не тот случай...
Теперь каждый день был похож на экзамен по обращению со стеклянными куклами. Единственное, что мне хорошо удавалось - это заклинания и кормление. Интересно, как можно не терять высокомерного выражения лица, будучи в бессознательном состоянии и пытаясь проглотить ложку бульона? Это что, особенности строения малфоевского типа лиц? Спасибо заклинаниям, грязных простынь у нас не водилось, но как же магглы справляются со своими больными?
Я почти не заметил, как перестал спать. Что-то меня заставляло торчать дома, никуда не отлучаясь, и ни в коем случае не прерывать процесс сдачи зачета. Можно, конечно, положить обратно и закрыть крышку, но...
Самое жуткое - это когда веки приподнимаются на чуть-чуть, дыхание учащается, а потом все возвращается обратно. Однажды я взял и завыл. Потом отпустило, но ненадолго.
У него, как у меня когда-то, был здоровенный шрам наискосок по груди. У меня от его друзей. А него откуда? Мой был меньше.
Люциус, какое у тебя неудобное имя! Меня можно хотя бы сократить. Или переименовать. А с тобой что делать?
Люциус, ты меня хоть слышишь или нет? Я так и буду сидеть по ночам с тобой на руках, как та бестолковая мамаша с мертвым ребенком, которую твоя банда забыла добить после погрома маггловского квартала?.. Она там просидела трое суток, а ребенка, между прочим, хоронил я. Давай я тебе что-нибудь еще расскажу. Это будет интересно. Ты хоть живой, правда, холодный, как снег на той базе в бывшем аду... У меня есть возможность оживить хотя бы одного из убитых с этой войны.
Мерзнем, мерзнем, идем, идем, идем...
Меня добивает звучащий в ушах Боб Марли. "Я паду на своей войне... Я паду на твоей войне"... Ну да, сопли, сопли. Это еще Аластор говорил. Давай лучше анекдот расскажу, ты всегда молчишь, теперь это даже хорошо, я могу хоть с кем-то поговорить, они все слушают только себя... Да все тут не лучше тебя, страдальца из тебя не выйдет, Блэк, ты же не хочешь быть несчастненьким? Ты же не хочешь, чтобы какая-нибудь дура обмывала твое, так сказать, исцарапанное тело? Хочешь выговориться - возьми зеркало, урод! Возьми и смотрись в зеркало. И я смотрел в это идиотское зеркало, пока оно не разучилось разговаривать.
Нельзя же на зеркало пенять, в самом деле. Из меня стандартный несчастный ветеран, как из тебя кукла для Лили. А потом Петтигрю устроил мне бойню на развалинах дома Поттера, и я двенадцать лет не видел ни одного зеркала, в Азкабане не было зеркал, хотя ты же знаешь, там нет ничего подобного. Впрочем, дамы быстро привыкают.
Уйди, сволочь. Я собака. Я собака. Ты же не будешь надоедать злому псу? Может, ты его еще и подкормишь?
Уйди, сволочь. Я собака. Я собака. Ты же не будешь надоедать злому псу?
Уйди, сволочь. Это собака. Это - не твоя собака. Ты же не будешь...
Ты не будешь.
Рем почти не звонит, Гарри тоже. Моя стая ждет меня под окном. Мотоцикл фыркает в гараже.
Я не сиделка. Я не сиделка. Я не плачусь пациентам, я не рефлексую, я не играю в куклы. Я так не играю. Просто через несколько лет после побега меня наконец достал Азкабан.
У нас на него рефлекс, на Азкабан.
Я, наверное, жалуюсь на жизнь, Люциус. Не бойся, не тебе. Да, да, я по понятиям аврора вообще не должен себе такого позволять. Мы же тут все должны быть гордые, как сволочи. Как ангелы ада. Жизнь мне изгадил в основном твой лорд, а мало ли кому он успел... У некоторых вот вообще жизнь отобрал, а они живут и не жалуются. Как инфери. На работу туда-сюда, а глаза все равно стеклянные. Автоматы. Что лучше, автомат или кукла? Палочка или маггловский АКС?
Компьютер? Или Скримджер, принимающий безапелляционные поправки? Уж наверное, у Скримджера есть веревочки, за которые он дергает подчиненных. У всех есть.
Автоматика.
Жаль, в твоем случае аврорат хуже темного лорда. Хотя ты все равно не слышишь ни черта. Так даже лучше.
Однажды я уснул в шесть, а проснулся в два часа дня, в панике. Вчера вообще был день тяжелый, а если я забыл выдать ему очередную порцию заклятий... Посмотрел на часы. Нет, еще не поздно.
- Люциус! - он же меня не слышит. А я все не молчу.
Веки дрогнули, и глаза открылись.
Никогда не видел, как Малфои просыпаются. Вернее, засыпают. Потому что он никак не среагировал на мое присутствие. Улыбнулся и перешел из состояния бессознательного растения в состояние спящего человека.
Выдох. Расслабленное лицо. Расслабленное тело. Нос кажется не таким острым, а глаза - запавшими, язык не нащупывает зубы. Пальцы не так сильно сжаты.
Малфойства стало поменьше.
А как спят Малфои? Уж наверное, как люди.
Какое разительное отличие, право!
Браво! Браво, сволочи! Жрать, немедленно!
...Я идиот.
За ним пришли утром, когда я еще почти не проснулся, но уже оделся. На звонок я ответил с третьего раза, Люциус лежал на диване, укрытый одеялом, и тоже дремал. По-человечески спал он, пока я не просыпался, а дальше либо дремал, либо смотрел в потолок, иногда были какие-то звуки... И безо всяких там кристаллов. Один раз в двое суток, а то даже спать не получалось бы.
Хватит уже.
Я решил не искать футболку и носки, застегнул джинсы и открыл дверь, зевая. В дверях стоял Драко и аккуратно приглаживал волосы.
- Мне сказали, что у вас находится мой отец - официально произнес он.
Я слегка опешил.
- Да... - улыбнулся я. - Проходите. Он в гостиной.
Он весьма грубо оттолкнул меня - я еще подумал, может быть, какие-то человеческие чувства в нем сохранились - и подошел к дивану. Первые же его слова меня неприятно удивили.
- Почему не в упаковке?
- Че.. го? - ошалел я.
- Почему не в упаковке?! - Драко кивнул в сторону ящика. - Он же мертв!
- Он жив! - я, кажется понял. - Ты что, совсем идиот? Зачем мне держать у себя труп? Или ты мне сейчас его обеспечишь?
- По официальным бумагам - фактически мертв. Я наследник.
Все ясно... Ясно...
- И что? Ты его решил добить окончательно? Почему?
- А то ты не понимаешь? - Драко развернулся ко мне, забыв про родителя, и нацелил свою палочку мне куда-то в солнечное сплетение. Совершенно бестолково, но очень унизительно. - Я еле отмазался от всех обвинений! Я и в Азкабан-то не попал только потому, что был несовершеннолетним! Я только три дня как получил наследство, а до того каждый месяц ко мне домой и в Хогвартс заявлялись опекуны проверять, чем я занят! Мать прав лишили, весь род в гробу переворачивается, а он...
Мда. Я, кажется, совсем забыл о фамильном образе мышления Малфоев и Блэков... "Если Люциус мертв - почему мне не дают его похоронить? А если он жив - значит, это новый трюк. Он опять спасся, нашел, где отсидеться, а все остальные бегают сломя голову".
Вот убьем его, и все будет хорошо.
Диагноз: Малфой.
- Вообще-то его могли и для опытов забрать - осторожно сказал я. - И забрали бы. Если бы он никому не понадобился. Теперь у нас все функционально. Об этом ты подумал?
- Да кому он нужен! - взорвался Драко. - Он должен быть либо жив, либо мертв! Если он не мертв, тогда мне придется...
- Что придется? Убить папашу?
- Отойди! В сторону!
Молодец. Даже без запинки выговорил. Хотя, в конце концов, отец его своему Лорду с рождения продал. Я бы повесился от такой судьбы. А он вроде не собирается.
- Драко! - рявкнул я. Сам не знаю, что я собирался сделать, разве что можно было время потянуть. Пока соседи не придут на вопли. А вдруг он родному папе в рамках мести устроит Круцио?
Люциус пошевелился и открыл глаза.
- Дра..ко...
Драко оцепенел.
Этого мне хватило, чтобы стать собакой. А собаки очень не любят волшебные палочки. И попасть в них труднее.
Примотанный лианой к батарее Драко сверкал на меня глазами. Люциус, как ни странно, опять спал. А я стоял между ними, рассматривал обломки палочки и печально размышлял на посторонние темы. К примеру, что будет, если я вызову авроров. И кого посадят - Драко или меня.
- Драко!
- А?
Ну не привык парень держать язык за зубами. Мало с лордами общался.
- Кофе будешь?
Драко поперхнулся.
Я снял с него инкарцеро, проводил на кухню и выдал кофе. Налил себе. И объяснил, что собаки просто так не отдают три вещи: друзей, добычу и кости. И то, что я, как нормальный пес, никогда не пойму причин поведения щенка, который лает на вожака. Поэтому случившееся нужно считать встряской за шкирку. И кофе под прицелом - тоже.
А чем теперь считать официально мертвого, но почему-то воскресшего Люциуса, это надо подумать. Ему теперь явно не до фамильных сокровищ, не до политики и вообще ни до чего.
- С чего это ты такой заботливый? - ехидно щурится Драко.
- Ни с чего. Может, у меня родственные чувства взыграли... Сидеть, ты!..
- Блэк!!!
- Сорок три года Блэк. Ничем он тебе не угрожает. И вообще, чем плохо? У тебя все есть, у него есть диагноз и ящик... Сидеть. Давай без праведного гнева. Ты уже все сказал.
- Но ведь когда он выздоровеет...
Я мысленно попросил прощения у старшего Поттера, который не любил вранья.
- Он не выздоровеет, Драко. Он ничего и никогда у тебя не заберет. Он и карандаша не поднимет, блин. Ты на него внимательно посмотрел?
- Посмотрел... И что? Он все время будет жить у тебя, что ли? Как только все узнают, его заберут обратно в больницу. А мы в этом случае не наследники. Автоматически.
- Так тебя уже ввели в права. А он недееспособен. Ты лучше все бумаги собери, пока не поздно. Теперь у тебя два человека на попечении, а не один. Ты справишься?
Я спросил его серьезно, как взрослого. Этот истерик, к моему удивлению, ответил так же серьезно, по существу дела. Наверное, истерика все же отделяется от деловых качеств породы "Малфой". Хотя нахождение под прицелом хорошо влияет на умственные способности, что было уже проверено - на собаках.
Правда, в конце, когда я убрал палочку и мы обо всем договорились, он все же стушевался и спросил: "А не забирать его можно?"
- Можно, можно.
Драко просиял, несмотря на неприличие собственного предложения.
Я его понимал очень хорошо. Ладно, хоть бы с матерью разобрался...
- Только не надо его убивать, - очень серьезно попросил я, провожая оппонента до порога. - Это моя кость.
- И моя плоть и кровь! - фыркнул Драко, уходя. - Обращайся аккуратно.
Видимо, так и не дошло, что Люциус на самом деле жив.
А вот до Люциуса дошло. Когда я вошел в гостиную, он лежал на боку, а не на спине, и лицо было мокрым. Я сел рядом с ним, взял за руку и говорил какую-то ерунду, пока он не заснул опять.
Черт! А что будет, когда мы все окончательно состаримся? Кто будет с нами разговаривать при таком, извините, потомстве?
А ему это надо? Развыпендривался тут: "моя кость, моя кость".. Зубы точит. Ага. Щас.
Ты после этого даже не кобель, а просто сукин сын, Блэк. Омен. И мать твоя самка шакала.
Разве человек, который до последнего старался не потерять человеческий облик - даже лицом к лицу с дементором - не стоит хотя бы минимального человеческого отношения? Что я тут вытворяю?
Чем он, в конечном счете, хуже меня? Тем, что горло себе не резал?
Когда он в очередной раз проснулся, я сел рядом и сказал:
- Люциус, прости меня.
Внимательный взгляд.
- Прими мои извинения. Я раздолбай и полный идиот. Да, я это я всем говорю. Более того... я не хотел тебя ставить в унизительное положение... Просто нельзя было, чтобы тебя разобрали на куски студенты маггловской академии. Я меньшее зло. И кроме того, я уже к тебе привязался. Я не отдам.
Презрительный взгляд... Нет, не так. Что-то тут не то. Я бы унюхал.
- Люциус, ты меня... презираешь?
- Нет.
- А что это было? А?
Улыбка. Совершенно не малфойская улыбка. Может, он меня вообще не узнал и теперь ему все равно, кто тут сидит и называет себя идиотом. Все идиоты, кроме Малфоев, это ж ясно как божий день...
- Я не хочу.
- Чего не хочешь? Вот этого всего? Я бы тоже не хотел... Но как я еще смог бы...
- Ннннет!
Решительно...
Мать вашу, он меня прервал. Надо же.
Я заткнулся. А он посмотрел на меня и сказал:
- Не... хочу... быть... куклой.
Не хочу быть куклой.
И закрыл глаза, улыбаясь. Опять спит.
Спящий красавец.
А чему я удивляюсь?
В конце концов, он всю жизнь был куклой. Красивой такой куклой в роскошной мантии, с аристократическим прононсом, манерами великолепного принца и иерархической программой на всю жизнь - служи тому, кто сильнее, и сам будь сильнее и круче... Я от этого сбежал, чему всю жизнь радуюсь, как щенок.
Сначала кукла-наследник семейства Малфоев, потом подарок для Слагхорна, потом любимая кукла темного лорда, потом, я подозреваю, кукла-тренажер для авроров и дементоров. Со мной ему еще повезло - собаки не играют в куклы. Они их рвут, как добычу, или прячут, как кость.
Насколько же все проще у собак.
А чем бы он мог быть на самом деле? Неодушевленным предметом? Я просто играть не умею. Вот и хорошо.
Может, я еще увижу Малфоя, не играющего в заводные куклы.
Компьютер в соседней комнате издал тихий звук - должно быть, пришло письмо от Рема. Автоматически я дернулся туда, потом решил подождать.
Я пошел на кухню и заварил себе кофе.
А что я могу еще сделать? У них все на автомате. На автомате. Даже так.
Черт бы побрал Уизли.
Я давно послал к чертям собачьим всю автоматику, а вот Малфоя теперь послать не могу. И ладно. Какие кнопки и ниточки, кто меня тут заводил ключиком? Да что вы. Сами не знаем, что творим. Ориентиров нет? Нет. Зато совершенно непредсказуемая жизнь и четыре своих собственных лапы.
И Малфой.
Неет, обязательно надо набить морду Уизли. Развели тут шестеренки на каждом шагу. И заодно Годрику Гриффиндору, буде он тоже воскреснет из мертвых.
Пойду напишу Гарри и попрошу как-нибудь юридически помочь бедной облезлой собаке.
Два кармана стрижей с маяка\...- Четыре месяца я не снимал штаны. Просто повода не было.
Доедаю последнюю сеть.
И последнее все.
А также последнее вся.
Буду лазить от редактора.
А еще мы показали недетям виде с нашей свадьбы. Таэли, Фириэль, какие там ВЫ!!!
В общем, фсе как есть, а я фсе больше спать хочу. Все же отсутствие в доме Алены - это плюс, невзирая на то, что она завтраки брала на себя. Ночью можно не опасаться никого беспокоить.
Два кармана стрижей с маяка\...- Четыре месяца я не снимал штаны. Просто повода не было.
На самом деле мы - подростки.
А в хорошем хорошем смысле или в плохом, никто не знает.
Мы обладаем всеми подростковыми признаками (начиная от взаимоотношений с родителями и кончая трепом по аське), у нас нет денег, но есть огромное желание независимости, а если независимость уже есть, хочется ее еще больше.
Мы вряд ли будем старше, поэтому наш биологический возраст лучше не учитывать. Даже если у одного шрам на пол-лица, у другого - полголовы седые, а у третьего - дети, внуки и прочие атрибуты возраста.
Мы занимаемся какими-то несбыточными на первый взгляд проектами, живем в лесах и по впискам, и вступаем в партии, состоящие из 10 человек, в пику партиям фашистов и прочим общественным идиотствам.
Еще мы курим на остановках, пьем пиво и орем песни. Конкретно я не курю и не пью. Но я пироман. Я просто все поджигаю.
Уже ясно, что из нас вырастет.
Даже если из нас ничего хорошего не вырастет, мамам будет чем пугать детей.
Два кармана стрижей с маяка\...- Четыре месяца я не снимал штаны. Просто повода не было.
На след. выходные, скорее всего, ложусь, до этого:
регистрация журнала
Макет ( все просмотрела, отобрали тематическое, скоро всем скажу, как и что! Честное комсомольское! Но лирика, конечно, почти вся одного бетанца))) ) .
огонь (чтобы взяли в татр)
Заява на фестиваль в Рыбинске.
Репетиции с Эдом, буде он в состоянии.
Вообще, наука имеет много гитик, а жизнь тем более. Кому надо, заходите, если что, я дырок понаделаю и везде буду.